8 Декабря 2014

АБВГДЕйка для взрослых: интервью с А. П. Серяковым в «Медицинском вестнике»

О проблемах, с которыми пришлось столкнуться регионам при реализации некоторых мероприятий национальной онкологической программы, не понаслышке знает главный врач Московского областного онкологического диспансера Александр Серяков, работающий в системе оказания онкологической помощи не один год. Свои предложения по их решению он представил в интервью корреспонденту «МВ» Елене Восканян.

— Александр Павлович, были ли при реализации мероприятий в рамках онкопрограммы какие-то непреодолимые трудности?

— Проблем было немало, и, анализируя их, я составил что-то вроде АБВГДЕйки. Помните такую передачу?

А — адекватное финансирование. Поскольку участие в национальной онкопрограмме подразумевало софинансирование из федерального и регионального бюджетов, не всегда удавалось достичь договоренности — это выливалось в несвоевременное финансирование и растягивало сроки освоения выделенных средств.

Б — большая конкуренция на рынке оборудования для лучевой терапии. Всем известно, что производителей современной диагностической и лечебной радиологической техники можно сосчитать по пальцам одной руки. В мире всего несколько заводов занимаются выпуском техники, соответствующей современным мировым стандартам. При этом по своей сути и техническим характеристикам оборудование ведущих производителей не очень отличается, ведь принцип работы один. Это привело к жесткой конкурентной борьбе на торгах в рамках госзакупок, в ряде регионов дело доходило до органов Федеральной антимонопольной службы и прокуратуры. Из-за этих разбирательств во многих регионах возникали сложности со своевременным вводом в эксплуатацию новых радиологических корпусов, и нуждающиеся в помощи онкобольные, не получив своевременного лечения, погибали. За этот период более 30 главных врачей в регионах были сняты со своих должностей.

В — выполнение утвержденного графика строительных работ. Работы на строительных площадках радиологических корпусов в регионах не всегда шли по утвержденному графику, срываясь по разным причинам: из-за прерывания финансирования, несогласованности в действиях подрядных и субподрядных организаций. В результате во многих регионах программу не удалось освоить за один год, в частности, и в Московской области.

Г — готовность документов. Уже во время реализации программы до руководства многих субъектов доходило понимание, что предстоит не просто построить новое учреждение, оснастить его оборудованием, подготовить кадры, но и провести колоссальную работу по подготовке необходимой для его работы документации. Не секрет, что это длительный и сложный процесс, который требует определенного терпения.

Д — дефицит квалифицированных кадров. С этой проблемой столкнулись все регионы. Медицинские физики вообще на вес золота. Их сейчас штучно выпускает МГУ, но они, как правило, не доходят до регионов. Нехватка медицинских физиков ощущается очень остро, и, чтобы решить эту проблему, многие субъекты вынуждены отправлять на переобучение инженеров, физиков. Также поступаем и мы. Перед руководителями онкоучреждений страны стоит непростая задача — удержать имеющихся врачей-радиологов и заинтересовать медицинских физиков трудиться именно в своем регионе.

Е — единство в команде. Рассогласования, отсутствие тесной связи, сплочения и солидарности на всех этапах реализации онкопрограммы — нередкая ситуация на местах.

Впрочем, не стоит забывать, что реализуемая программа — не панацея от рака, так как путей снижения смертности от злокачественных новообразований много: здоровый образ жизни, правильное питание, регулярная диспансеризация, отказ от курения и злоупотребления алкоголем. За последние годы нам удалось снизить смертность от злокачественных образований, связанных с курением, — рак легкого, рак желудка, опухоли полости рта, гортани, глотки; отмечается положительная динамика в снижении смертности от рака желудка.

— Что все-таки удалось сделать в области в рамках онкопрограммы?

— Программа позволила оснастить учреждение самым передовым оборудованием. Мы приобрели и активно используем компьютерный томограф CT Somatom Definition AS 20, рентгенотерапевтический аппарат Wolf T-160, комплект дозиметрического оборудования Sun Nuclear. Кроме того, в ближайшее время планируем ввести в эксплуатацию линейный ускоритель Unique Performance Edition с системой планирования Eclipse, гамма-терапевтический аппарат Terabalt T-80, два брахитерапевтических аппарата MultiSourceHDR, интраоперационный аппарат IntraBeam. Можно смело говорить, что по уровню оснащения наше учреждение не уступает западным клиникам. Проблем с сервисным обслуживанием техники не возникает, этот вопрос мы доверяем специалистам компании «МСМ-МЕДИМПЭКС», которые всегда в срок и качественно выполняют свою работу.

Также в рамках программы произведен ремонт здания нашего учреждения. И, пожалуй, самое главное, нам удалось решить кадровый вопрос. Сегодня в диспансере трудятся шесть экспертов-физиков, четыре техника-дозиметриста, один инженер, 20 врачей-радиологов, 62 врача-онколога, 11 детских онкологов. Недостатка в кадрах нет. Регулярно наши специалисты повышают квалификацию, посещая российские и зарубежные конференции, мастер-классы, обмениваясь опытом с коллегами.

Ежегодно в нашем учреждении получают помощь около 20 тысяч больных, при численности первично выявленных пациентов в МО чуть больше 23 тысяч. В планах на декабрь следующего года — открытие нового хирургического корпуса на 250 коек, что позволит значительно увеличить количество госпитализированных и пролеченных пациентов. Это поможет расширить и коечный фонд детского отделения, откроются отделение онкоортопедии и отделение опухолей печени и поджелудочной железы.

— Много спорят об оправданности передачи на уровень субъекта закупок дорогостоящего онкологического оборудования. Некоторые специалисты предлагают вернуться к централизованной системе закупок. Что вы думаете по этому поводу?

— В России и в других странах был опыт и централизации, и децентрализации. Например, медучреждения Израиля, где я был на обучении, ушли от централизации закупок и не жалеют об этом. Кроме того, опыт ряда стран подтверждает, что децентрализация ведет к более объективным закупкам. Возможно, нам стоило бы взять это на заметку.

— На ваш взгляд, при техническом обслуживании и ремонте оборудования кто должен определять необходимый объем работ, их стоимость и контролировать уровень качества в этом процессе?

— Вопросы сервисного обслуживания решаются с помощью аукционов. Другое дело, что не всегда выигравшая организация может произвести качественный ремонт, поскольку на аукционе побеждает фирма, которая предлагает меньшую стоимость сервисного обслуживания. Но на эту ситуацию мы никак повлиять не можем, так как существует Федеральный закон № 44.

— Как вы оцениваете уровень компетенции работающих у вас медицинских физиков и инженеров? Существует ли сегодня какой-то документ, подтверждающий их квалификацию для использования того или иного медоборудования?

— «Медицинский физик» и «инженер медицинского оборудования» — это две разные специальности. Инженер медицинского оборудования контролирует его работу: включение, выключение, а в случае поломки вовремя информирует фирму — поставщика медтехники. Задача медицинских физиков — помогать врачу в планировании лучевой терапии. То есть эти специалисты могут изначально иметь диплом инженера и медицинского физика, но на практике их деятельность различается. Как правило, в договор на поставку медоборудования входит обучение специалистов, а значит, в его рамках радиологи, медицинские физики и инженеры проходят необходимое обучение с сертификацией, чем и подтверждают свою квалификацию.

— Александр Павлович, сегодня остается открытым вопрос применения стандартов и клинических рекомендаций в онкологии. Почему возникают сложности с их практическим применением?

— Если в здравоохранении устанавливается новый медицинский стандарт, то он должен неукоснительно выполняться врачами и медучреждениями от Калининграда до Камчатки. Однако на практике обеспечить выполнение этих стандартов, в том числе и по онкологии, невозможно из-за разного оснащения, разной квалификации кадров. В итоге возрастает вероятность того, что с ЛПУ будут судиться из-за невыполнения медицинских стандартов. При этом упускается из вида, что существующие сегодня стандарты и рекомендации не предполагают обязательности их исполнения. Или другая ситуация: что делать врачу, когда он выполнил стандарт, а помощь необходимо оказывать пациенту за рамками стандарта? С юридической точки зрения ответ на такой вопрос нигде четко не прописан, а на практике при возникновении такой ситуации руководитель медучреждения стоит перед дилеммой: взять пациента на свой бюджет или заключать с ним договор на оказание платных услуг. Однозначного решения нет. А в общем могу сказать, что перед тем, как ввести в действие какой-то стандарт или иной нормативный документ, нужно хорошо взвесить все возможные последствия и предусмотреть различные варианты развития событий при оказании пациенту медицинской помощи.

Перед руководителями онкоучреждений страны стоит непростая задача — удержать имеющихся врачей-радиологов и заинтересовать медицинских физиков трудиться именно в их регионе.


Источник: журнал «Медицинский вестник» от 08 декабря 2014 г.